Последний кусок

Рассказ

Бабушке Варе посвящается

            Когда-то в конце 80-х годов к нам, тогда ещё в «Белоруссию», родителя забрали досматривать мою бабушку по матери. Продали её дом в Саратовской области и со всем нехитрым скарбом привезли сюда. Бабушка помогала по дому как могла, в меру её скромных сил и возможностей. Иногда мы с ней разговаривали на разные темы. Некоторые её рассказы у меня тогда вызывали недоумение. Она рассказывала, как в 30-х годах Советская власть морила голодом. Как деревню окружили солдаты и никого и ничего не впускали, и не выпускали, пока не вымрут. У меня такие рассказы вызывали вопросы: «Неужели такое возможно? Неужели это – реально?» Рассказывала, как люди лежали и умирали в хатах, двери и окна были открыты. Как по пустой улице шёл мужчина и услышал, как хрипит бабушка в доме – тогда ещё молодая женщина. Мужчина зашёл, разжал ножом ей зубы, засунул в рот маленький расслюнявленный им кусочек варёной картошки. Наверно как-то её выходил. Что с ним самим сталось? Выжил ли – она не знает. А муж в это время был в городе на заработках и представить не мог, что твориться дома – движение информации было полностью перекрыто.

            В начале 90-х бабушка как-то резко сдала: перестала иногда узнавать людей, речь стала неосмысленной, перестала помогать по дому. Но стала есть. Она ела днём по несколько раз. Она вставала есть по ночам. Она начала припрятывать еду – мы стали находить кусочки хлеба в самых неожиданных местах: в карманах одежды в шкафу, на полках, за посудой и т.д.

            В разные годы от разных людей мне случайно приходилось иногда слышать рассказы о далёких довоенных временах. Например, как в Краснодарском крае солдаты окружили район кордонами, обыскали и забрали у населения всё съестное и даже в печи разбили горшки с готовившейся едой, перевернули чугунки. Мать многодетной семьи, женской хитростью добилась от председателя колхоза какую-то справку, по которой смогла выехать за солдатский кордон и выжила. Слушал это и думал: «Такое  могло быть на самом деле

            Сейчас, когда во время украинского кризиса была поднята тема Голодомора 30-х годов, поневоле вспомнилась бабушка и захотелось самому разобраться и сформировать своё отношение к тем событиям. Благо – доступ к информации сейчас намного больше, гугл – в помощь! Без претензии на истину в последней инстанции здесь я делюсь своими рассуждениями и выводами.

            Когда пытаешься анализировать глобальные цифры, часто попадаешь в ловушки, поставленные идеологами, переписывавшими историю. Ведь действительно: сотня тысяч человек, миллион, или несколько миллионов – это очень много и в определённый момент уже сложно их ощутить, человеческое восприятие не в силах себе столько представить и адекватно анализировать. Поэтому на таком уровне чаще всего и происходят манипуляции цифрами. Вспомнить хотя бы количество потерь СССР во Второй Мировой войне: при Сталине говорили про 7 миллионов, при Хрущёве – про 20, наконец только в наше время озвучили реальную цифру – 27 миллионов. В голове такие цифры не укладываются.

            Статистику же по мелкому району или региону отследить гораздо проще, её труднее подделать и её порядки осязаемы умом. Для своего небольшого исследования я взял статистику по Сердобскому району на границе Саратовской и Пензенской области РСФСР, в котором умирала моя бабушка во время Голодомора 1933 года.

            Всё что я пишу находится в широком доступе в сети Интернет и если есть какие-то уточнения, или конструктивные замечания – я готов рассмотреть альтернативные цифры и методики анализа. А пока предлагаю рассмотреть мою, возможно – весьма приближённую и не очень точную картину.

            Сначала рассмотрим среднестатистический естественный ежегодный прирост населения Сердобского уезда Российской империи, взяв данные за длительный период (бывают урожайные и неурожайные годы, бывают стихийные бедствия, эпидемии и наоборот – благополучные годы). Такая статистика напрямую увязана с возможностью конкретной земли прокормить её населения.

 

 

Приблизительный расчёт среднего ежегодного прироста населения в Сердобском уезде

Год

Население уезда

Разность лет

Разность населения, человек

Среднегодовой прирост, чел.

Среднегодовой прирост, % к раннему

Среднегодовой прирост, % от позднего

1878

153 949

 

 

 

 

 

1889

208 289

11

54 340

4 940

3,21

2,37

1897

224 994

8

16 705

2 088

1,00

0,93

1912

266 087

15

41 093

2 740

1,22

1,03

Среднее:

1,81

1,44

 

            Нам придётся считать население 1932 года (до Голодомора) исходя из имеющихся данных переписи за 1926 год, поэтому например среднегодовой прирост между 1878 и 1889гг в 4 940 человек мы относим к раннему значению – 153 949 человек: (4940/153949)*100% = 3,21%, т.е. при подсчёте населения в годах, следовавших за 1878-м имеем ежегодный прирост в 3,21% от численности 1878 года.

            Нам также придётся рассчитывать население 1933 года (во время и после Голодомора) исходя из значений переписи 1939 года. Поэтому здесь же выводим среднегодовой прирост населения, но в отношении предыдущих лет от значения позднего: (4940/208289)*100% = 2,37%. Затем выводим средние значения: 1,81% относительно «раннего» года и 1,44% относительно «позднего» года соответственно.

            Эти цифры мы далее соответственно будем умножать на разницы лет между 1932-1926 и 1939-1933. Возможно, меня кто-то упрекнёт в неточности такой методики, т.к. к примеру, численность населения в 1927-м ещё можно считать как значение 1926-го, увеличенное на 1,81%, а значение 1928-го уже надо считать, увеличивая на 1,81% не значение 1926-го, а 1927-го (т.е. вместе с годовым приростом за 1927г.). Но для нас важно знать не саму по себе численность населения в 1932 и 1933 годах, а изменение, их разность в результате Голодомора. Если считать население «вверх» от 1926 к 1932 последовательно увеличивая значение с учётом предыдущего года, то к 1932 году получим значение большее чем по моей методике, т.е. убыль населения в результате Голодомора будет больше. Но и значение 1933 года тогда считая от 1939-го «вниз» с учётом каждого года (т.е. 1937-й считая не отнимая 1,44% от 1939, а от 1938-го, соответственно эти вычитаемые 1,44% будут меньше, а населения в 1937 будет больше). Т.е. приведя данные по такой методике к 1933г., получим большее значение. Т.о. при «ежегодной» методике у нас будет большее значение 1932 года и большее значение в 1933году, а значит, разность существенно не будет отличаться от моей методики, которую и предлагаю принять за основу из-за её простоты, при том, что количество лет, считаемых от 1926 к 1932 «вверх» и от 1939 к 1933 «вниз» равны между собой ( 6 лет).

Расчёт количества населения, проживавшего на территории бывшего Сердобского уезда в 1939 г.

Население по переписи 1939г.

Район

Площадь, км2

Примечание

38 903

Бековский

1 016

 

46 521

Сердобский

1 695

 

23 039

Тамалинский

1 236

 

49 326

Ртищевский

1 150

В 1935-58 территория Ртищевского р-на была примерно 1/2 от современной (2300км2)

Итого:

157 789

 

5 097

 

213 914

человек в 1939г. в пересчёте на площадь Сердобского уезда (6910км2)

 

            В данных 1939 года присутствует убыль населения в результате и репрессий 1937-38гг. Но природа этой убыли населения та же – преступления Советской власти. Поэтому в данном расчёте предлагаю «объединить в одно производство» Голодомор 1933 и репрессии 1937-39гг.

            У нас есть данные по переписи в Сердобском уезде за 1926 год, от которых мы будем пересчитывать к 1932 году. Но в 1928-м в результате реформы вместо уездов появились районы и в 1939 году (от которого мы будем считать население 1933г) территория Сердобского района не соответствовала Сердобскому уезду 1926-го. Также часть территорий была по-разному распределена между вновь созданными районами Пензенской и Саратовской области, вместо реорганизованных Пензенской и Саратовской губерний. Это нужно учесть, чтобы правильно соотнести население на одной и той же территории в 1933 и 1932 году.

            В 1928-м Сердобский уезд был разделён на 4 района: Бековский, Сердобский, Тамалинский и Ртищевский. Причём Ртищевский район несколько раз реорганизовывался и его территория значительно менялась. Площадь современного Ртищевского района составляет 2300км2. В 1939-м его площадь составляла около половины от современной, т.е. около 2300/2=1150км2.

            Итого получаем в 1939 году 157 789 человек, проживающих на территории 5097км2. В пересчёте на площадь Сердобского уезда (6910км2):  157789*6910/5097=213914человек – это приблизительная численность населения, проживавшего в 1939 году на территории некогда Сердобского уезда. Эти цифры нам необходимы для объективного сравнения численности населения на одной и той же территории.

            Население 1932г. получаем как население 1926г. + прирост населения за 6 лет (329108чел.*1,81%*6лет = 35 741 чел.) = 364 849 человек. Население 1933г. получаем как население 1939г. – (213914чел.*1,44%*6лет = 18 482 чел.) =

Год

Разность лет

Разность населения «к раннему»

Разность населения «от позднего»

Население по переписи, к данной территории, человек

Население расчётное, человек

Площадь, км2

1926

 

 

 

329 108

 

6910

1932

6

10,86% от 1926г. = 35 741 чел.

 

 

364 849

6910

1933

 

 

 8,64% от 1939г. = 18 482 чел.

 

195 432

6910

1939

6

 

213 914

 

6910

 

 

 

 

 

 

 

 

разность населения на территории Сердобского уезда в результате Голодомора и репрессий:

169 417

 

 

убыль населения в % к 1932г.:

46,43

 

 

            У меня получилось, что даже без учёта предполагаемого роста населения 1932-33 (364849человек*1,81% годовых = 6 604 человека, на которых произошло бы увеличение без советского геноцида) на территории Сердобского уезда, в результате Голодомора 30-х и репрессий 1937-39гг. сгинуло 46,43% населения. Сравнить это уместно, пожалуй, разве что с блокадой Ленинграда.

 

 

 

Блокадный Ленинград:

 

 

Довоенного населения, чел.

3 000 000

 

Прибыло беженцев, чел.

300 000

 

Вывезено на "Большую землю", чел.

-1 500 000

 

"Блокадников" Итого, чел:

1 800 000

 

 

Погибло от голода, согласно Нюрнбергским обвинительным документам

632 000

Голодная убыль населения Ленинграда в % от "блокадников"

35,11

 

            Возможно, мне укажут, что количество погибших от голода в Ленинграде могло быть и больше, чем предъявлено в Нюрнберге. Но ведь и процент погибших следует считать по правде говоря несколько иначе, чем у меня: делить надо не на конечное количество блокадников после вывоза части населения на «Большую землю», а пропорционально по периодам, т.е. численность погибших к численности проживавших в первый год, затем во второй и третий. Соответственно процент голодной убыли населения Ленинграда будет в реальности меньшим. При явно «оптимистическом» моём методе подсчёта получается разница 46,43-35,11 = 11,32% между мирным поволжским уездом и блокадным Ленинградом. Можно также посчитать и сравнить соотношение погибших и выживших там и там: в Сердобском уезде 100%*(169417/195432) = 86,7% погибших к выжившим. В Ленинграде: 100%*(632000/(1800000-632000)) = 54,1% погибших к выжившим.   Т.е. в блокадном Ленинграде было «лучше», если так можно назвать весь этот ужас. По-моему и так очевидно, что 600 тысяч погибших для города в несколько миллионов – это меньше, чем 170 тысяч погибших для района, в котором этих миллионов жителей нет. Если же говорить не об относительных цифрах, а об абсолютных – то миллионы жертв Голодомора не соизмеримы с сотнями тысяч погибших в блокадном Ленинграде. И это далеко не всё! Кроме всевозможных «округлений» в пользу «доброты» Советской власти, в своих расчётах я использую данные переписи 1939 года. Но ведь была всесоюзная перепись 6 января 1937 года, проведённая, как и положено, спустя десятилетие после переписи 1926 года! Результаты переписи выявили настолько чудовищную картину хозяйничания Советской власти, что практически сразу (спустя 10 дней) её результаты были объявлены «вредительскими» и засекречены, а участники репрессированы. То, к чему пересчитываю я – это приукрашенные результаты переписи 1939 года, реальность ещё ужаснее!

Если сказанное выше выразить бюрократическим языком, то в 30-х годах к жителям Сердобского уезда Советская власть относилась на 11,32 % хуже, чем немцы в войну к жителям блокадного Ленинграда. Это что же за такая «народная» власть, при которой мир был страшнее самой страшной войны?! Но над Советской властью не было «Нюрнберга». Поэтому вовсю идёт сейчас её обеление. И никто не хочет понимать, что невыученные уроки прошлого, увы, всегда приходится проходить снова.

            У меня собственный, возможно не бесспорный взгляд на события «коллективизации»: во-первых я не согласен с акцентированием национального аспекта в рассмотрении Голодомора 30-х годов. Голодомор проводился не «русскими против украинцев». Геноцид осуществлялся Советской властью, против русских в том числе. И против казахов (т.н. «разбаивание»). И против поволжских немцев. Против многих народов и народностей, оказавшихся на плодородных землях, где сельское хозяйство было рентабельным и способствовало развитию класса мелких собственников. Советская власть уничтожала социально ответственную часть народа, потому что наличие большого числа собственников – это существенное препятствие в деле построения воровской, «социалистической» экономики с обезличенной собственностью. И национальный аспект если и присутствовал в этой политике, то играл далеко не главную роль. Не «дураки и дороги», а российская власть слишком часто была главной бедой в России, главным врагом русского народа и национальностей, попавших в орбиту его влияния.

            Сейчас в России в очередной раз активно переписывают историю, стараются обелить Сталина и СССР, пытаются скомпрометировать критику Советской власти. Пишут, что Голодомор 30-х – это «побочные потери индустриализации», так же как и в Англии в средневековье проводили политику «огораживания»: вытесняли крестьян с их земель, чтобы занять их под пастбища для овец, а крестьяне становились рабочими на мануфактурах по производству шерстяных тканей. По логике «корректоров» истории получается, что СССР проходил такие же как и везде в мире естественные этапы развития, только позже, а значит – осуждать тут нечего. Приходится только удивляться, до какого цинизма доходят современные борцы за "Советскую власть". Элементарной честности достаточно, чтобы признать, что никакой аналогии с «огораживанием» нет: крестьян во время Голодомора в СССР никуда не сгоняли; на их землях не строили фабрики, пастбища или как-то по-другому перепрофилировали. Советских крестьян в окружённых войсками районах «вытесняли» в землю, в могилы. Трупы не могут потом стать рабочими на фабриках. Хватит лгать! Состоявшийся факт очевиден – Советская власть осуществляла геноцид своего народа. Истреблялась самая трудолюбивая часть населения, на самых плодородных землях, где самой природой были созданы предпосылки для частной собственности. Истреблялась потому, что миллионы бесплатных солдат можно сделать только из людей, которым нечего терять. А "кулака" невозможно заставить бросить своё хозяйство и идти захватывать чужие страны, осуществлять утопические проекты по возрождению развалившейся Российской империи. С хозяевами земли и собственниками - Советской власти не по пути.

            Бабушка хоть на полгода, но всё-таки пережила эту власть, это государство. Даже когда её не стало, мы в квартире продолжали находить спрятанную еду. Запомнился последний найденный кусок хлеба – между чистыми простынями и пододеяльниками, сложенными в стопку в платяном шкафу. Целый, не надкусанный кусок современного белого хлеба …

 

 

Игорь Литвин,

2014г.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru Rating All.BY Каталог TUT.BY